Цветные крыши

Там вы можете встретить каких-то необычных или даже странных людей, которые скажут вам, что вы попали в сказку. Они научат вас жить в этом новом, необычном мире, который так похож на тот самый идеальный мир, который так долго был лишь в ваших мыслях. А потом вы и сами начнёте ночевать днём, пить кофе с президентом и видеть скрытый смысл даже в облаках...

1Likes
0Комментарии
487Просмотры
AA

11. Яблочная водка

 

А теперь от первого лица...

Льёт тропический дождь. Солнца не видно из-за туч. Если верить парню-кондуктору с первого маршрута, такая погода продлится как минимум до конца дня.

Патрик не поверил. Мы не поверили. И поэтому сейчас едем в трамвае, едем по улице Яблочной. В стёкла бьёт дождь, кондуктор посапывает на своём кресле, на улицах не видно людей. Лишь в некоторых окнах виднелся свет - хозяева уже, видимо, проснулись. Они будут тихо и счастливо заниматься своими делами дома. А нам ещё шесть пересадок делать. Здорово, правда?

После визита и скоропостижного ухода писателя Патрика Гжибовского мы смогли продать все книги буквально за полчаса. Большинство гостей разошлись вскоре, остались лишь человек десять, кто изъявил желание начать читать первый присветский шедевр здесь. А ещё у нас осталось почти полторы тысячи монет - некоторые гости оставляли чаевые, видимо, за речь писателя.

Патрика это очень это обрадовало - он продолжал гореть огромным желанием отпраздновать событие у моря, заодно подобрать и даже прикупить там дом. Его, похоже, вообще не пугал факт смерти писателя, он практически сразу о нём забыл и вернулся к своим идеям. Идеям, которые он, как оказалось, всегда незамедлитель- но приводил в действие.

Когда в час ночи мы собрались покинуть «книжну домовину», он внезапно предложил:

- А давайте прямо сейчас рванём в Синеоченск?

Давайте! Прошу вас - мы же заслужили этого, мильон монет за раз - достижение!

Синеоченском назывался, как мне объяснила Аня, район, располагавшийся у берега. Когда-то он вроде бы задумывался как самостоятельный город, но потом эта идея была отсеяна и Синеоченск стал обычным районом Мальвана. Правда, достаточно отдалённым от центра.

- Па-атьк, ну ты же знаешь, в каком все состоянии, - протянула устало Аня. - Парни вообще, считай, самоубийство своими глазами зафиксировали - и ты хочешь их куда-то тащить?

- Ну да, а что? - Патрик неудоумённо поглядел на нас. - Нормально же всё, никто не устал совсем, а кто устал, тот отдохнёт в пути.

- Ага, - ухмыльнулась Аня. - А кто совершил самоубийство, тот воскреснет на во-он том облачке и сделает всем добро.

Она тыкнула пальцем в небо и засмеялась.

- Там тучи, - Никита явно не понял шутки.

- С чего ты взял? - Аня рассмеялась ещё задорнее.

Зирок не видно, - угрюмо проворчал Никита.

- Слушай, Патрик, - я решил проявить инициативу. - Я думаю, нам стоит согласиться с тобой и съездить туда... в Синеоченск этот. Развеемся, впечатления осядут. Всем же лучше будет!

- Вот! - радостно подхватил Патрик. - Хоть один нормальный человек! Кто ещё тут не дурак?!

- Если едете вы, то едут все, - сказала Аня. - Бо Антона я с тобой не отпущу, а Никита без тебя с ума сойдёт, сперва от скуки. Едем!

- Отлично! - обрадовался Патрик. Давайте прямо сейчас?..

А потом мы три с половиной часа отсиживались в местном кафе, в ожидании прибытия первого трамвая. И он оказался немного не того маршрута, что продлило нам путь на час ходьбы пешком.

Часа в четыре мы уселись в трамвай и наконец таки начали свой путь с кучей пересадок...

В десять утра мы вышли на остановке Синеоченский Дворец. Отсюда, по словам Патрика, оставалось меньше километра до набережной, где можно было бы поесть и найти какой-нибудь отель.

Увы, дворец, названием которого гордо красовалась остановка, стоял недостроенным уже явно много лет. Зато вокруг него было пруд пруди тех, кто не особо часто светился в крупных городах. Бабушки с лукошками.

Они были здесь повсюду, приветливые, хитрые, надоедливые, не прекращающие щебетать обо всём и обсуждать всё и вся. Что с них возьмёшь - ветераны...

Эти бабушки (виднелись иногда и дедушки) жили в небольших сёлах, где имели свои небольшие хозяйства. Они имели возможность иногда выезжать в более круп- ные места, где были рынки или магазины и продавать там яйца, молоко, выпечку, овощи или фрукты. Многое из того, что было в наличии у них, отсутствовало в прин- ципе в городских магазинах - ну не производила ни одна смутнолепская королевская компания сметану, оладьи и клубничное варенье!

Но не все редкости можно было найти у них. Некото- рые вещи было достать таки труднее. И одной из самых интересных таких вещей, по мнению Патрика, была яблочная водка. И именно за ней мы, уставшие и злые, попёрлись вместе с ним сразу же после выхода из трамвая. Обойдя Придворцовскую площадь мы попали на какой-то переулок.

В Синеоченске уже не было мальванских трёхэтажных домиков - они были максимум в два этажа, не было и обилия украинских вывесок на латинице - на них вообще редко встречались слова, сплошь рисунки. Везде играла громко музыка, везде сновали люди - эта большая деревня выглядела живее центрального района Мальвана!

Мы зашли в магазинчик, обозначенный вывеской с нарисованной бутылкой. Идеальное, наверное, место для продажи этой яблочной водки. Как оказалось потом, даже более чем...

Внутри не было полок, не было места, где мог бы спокойно рассчитаться с покупателями продавец - на стенах были подвешены тонкие и длинные сосуды, наполненные какой-то жидкостью, а под ними, на полу стояли пустые стеклянные бутылки. В самом углу была дверь, на которой висела табличка «стучить, я тут». Патрик постучал. Через несколько секунд дверь открылась и вышел невысокий седой мужчина.

- Водки? - спросил он.

- Яблочной! - уточнил Патрик, доставая горсть золотых монет. - Четыре бутылки наберёшь?

- Да запросто! - мужчина ухватил четыре бутылки и скрылся за дверью. Вскоре он вернулся с теми же бутылками, уже заполненными, видимо, водкой. Яблочной водкой. Мы взяли каждый по одной, Патрик рассчитался с продавцом и мы покинули этот магазинчик.

- А что это за водка-то такая? - поинтересовался потом я.

- Да не водка то навить, - сказал Патрик. - То особенный местный напиток, способный вмиг улучшить настроение и самочувствие.

- То есть адская наркотическая муть, - сухо бросила Аня. - Нравится же она тебе...

А дальше мы попёрлись искать жильё - на Придворцовскую площадь, к бабушкам. И тут-то удача нам и улыбнулась...

Прямо перед домом, стоящим у площади, спорили два мужика.

- Я тебе говорю, чудова хата! Вид на площу одно окно, на море - другое, да рай!

- Триста тысяч золотых.

- Да не обижай ты так, друг, ну восемьсот - лепший рахунок!

- Триста.

- Восемьсот!

Второй мужик злобно зыркнул на того, что, видимо, был продавцом, развернулся, и ушёл куда-то в сторону бабушек.

Долетевший до нас отрывок диалога позволил понять, почему один из собеседников резко повернулся и скрылся в неизвестном направлении. Хозяин же, видимо, дома, с каменным выражением лица уселся на порог и уставился прямо. Патрик не мог не заинтересоваться появившимся вариантом и немедля подбежал к нему:

- Друг, я слышал, ты дом продаёшь.

- Квартиру, - поправил его хозяин. Центр Синеоченска, вид на море и площадь, с электричеством и водопроводом. Всего девятьсот тысяч золотых!

- Но ты, кажется, продавал её за восемьсот..., - Патрик покосился с подозрением на продавца.

- Вас могу взять за исключение, - улыбнулся тот. - Шестьсот тысяч золотых и я отдаю вам ключи, навсегда. Договорились?

Патрик, несмотря на яркие протесты Ани и тонкие осуждения Никиты, согласился. Под удивлённый взгляд уже бывшего хозяина квартиры он вытаскивал из карма- нов один за другим завёрнутые в бумажку монеты - по десять штук. Вскоре на руках и в карманах продавца теснились восемьдесят пачек по десять монет. Он с трудом нашарил в кармане ключ, выдал его Патрику и сказал:

- Квартира на четвёртом этаже, - он показал на дом, с которого начиналась Удворцовная улица. - То самое высокое здание в Синеоченске. Проходите и живите на здоровье! А я ухожу, пожалуй.

На этих словах бывший хозяин скрылся вместе с деньгами, а мы пошли осматривать, что мы купили. Глупо было, конечно, сначала покупать, а затем смотреть, но Патрик, видимо, считал такой ход событий вполне нормальным - а потому против никто не был. Все доверяли ему.

В квартире была мебель, какие-то старые детские книги и, действительно, здоровский вид из каждого окна. Мы распределили, кто где будет спать этой ночью, а потом решили заняться этим прямо сейчас. Всё равно сейчас будет жарко, а все успели устать ещё до начала пути. Потому мы просто завалились спать.

В семь вечера проснулся Патрик. Он растолкал остальных, заставил бегом собираться - видите ли, идём в кафе к его лучшему другу.

На улице до сих пор было пасмурно. Казалось, будто бы вот-вот начнётся ливень и не даст нам даже дойти до этого кафе. Однако же он дал...

Мы вышли на набережную и прошли недалеко вперёд. Справа было море, а слева бесконечной линией вперёд тянулись всевозможные кафешки и магазинчики. Чуть подальше был ещё спуск на пляж, но до него мы не дошли - мы вошли в кафе с весьма подходящим названием «Море». Оно имело открытую площадку, и можно было сидя на ней любоваться морем и пить яблочную водку. Здорово, правда?

Патрик очень тепло поздоровался с хозяином заведения - сутулым дядькой лет пятидесяти пяти на вид. Сутулый дядька нашептал что-то на ухо девушке-официантке, и та исчезла на кухне, а нас дядька пригласил присесть на «лепшее мисця у викна».

- Как вам обстановка? - улыбнулся Патрик.

- Начало неплохое, - достаточно сухо ответил Никита. - Пока что кайфа не ловлю ото всей этой обстановки, вот честно.

- Ну, это ничего, - Патрик потёр ладонью о ладонь. - Сейчас всё исправим.

- Смотри, аккуратнее исправляй, - ухмыльнулась Аня.

Спустя несколько минут к нам подошла девушка-официант: она поставила на стол поднос, улыбнулась и ушла дальше по своим делам. На подносе стояли две бутылки с какой-то жидкостью, похожие на те, что мы покупали в магазине недалеко от Придворцовой площа- ди, какая-то нямка, наподобие шаурмы в четырёх экземплярах, и четыре порции форели.

- Налетаемось, друзья! - заулыбался Патрик и отло- жил в свою сторону форель и шаурмообразную нямку. Мы последовали его примеру, но есть никто не торопился. Когда на подносе остались лишь две бутылки, как сказал Патрик, яблочной водки, он взял одну, открыл и налил каждому примерно на две трети стакана.

- За чудовное начало нашего прекрасного, полезного и прибыльного дела! - он поднял стакан, подержал его в воздухе секунд тридцать и осушил до дна - также сделали и мы. Потом он налил всем ещё по стакану и произнёс:

«За новую квартиру в центре Синеоченска!», осушил стакан до дна и счастливо улыбнулся.

На вкус яблочная водка не казалась алкогольной вообще - какая-то кисленькая водичка с непривычным привкусом. Из всех побочных действий я заметил только лишь улучшение настроения - впрочем, для этого лучше использовать шоколадный компотик. Вкуснее.

А потом я как-то плохо всё помню. Помню, что Патрик пытался как-то танцевать. Помню, как Аня возмущалась. Как мы с Никитой о чём-то долго разговаривали. Он, кстати, лежал слева от меня - но сомневаюсь, что это означало что-либо нежелательное на данный момент - мы оба были в одежде, причём в уличной и в обуви. Ско- рее всего, просто так заснули по пьяни в обнимку. Видимо, эффект какой-то у этой водки таки есть.

Ну, оно конечно неплохо, однако же...

Я повернулся на правый бок и закрыл глаза. Потом повернулся на левый, к Никите носом и тихонько погладил его.

Ничего не подумайте, обычное присветское приветствие. Да и надо было же его как-то разбудить...

Никита открыл глаза. Он резко встал, растерянно оглянулся по сторонам, упал обратно на подушку и посмотрел на меня:

- Мы спали вместе?

- Похоже на то, - я улыбнулся. - Милое дело...

- Ой, ты себя пьяного видел? - усмехнулся Никита. Я встал и шутя кинул на него подушку. Ответ последовал незамедлительно - и вот мы уже вовсю кидались друг в друга одной подушкой, смеясь и улыбаясь - умеет же яблочная водка!

Кстати, не осталось ли там ещё пары бутылочек?..

- О, парни, вы проснулись уже, - зевая, приоткрыла дверь Аня. - О, навить играетесь уже. Подушечки, мур. Добра забава! Не буду вам мешать...

Аня скрылась за дверью, а мы так и остались ещё пару секунд сидеть, Никита ещё и с подушкой в руках.

На кухне нас уже ждали Аня с Патриком - они оживлённо о чём-то беседовали к тому моменту, как мы подошли.

- Гей, нужно поговорить кое о чём, - кивнул Патрик. - Присаживайтесь, кава уже готова.

Мы сели рядом, Никита даже взял в руку чашку - и принялись слушать.

- Если вы не помните, то вчера мы задумали писать книгу под общим псевдонимом. Вы ведь помните?

- Ну..., - замялся я. - Что-то припоминается.

- Во! - довольно улыбнулся Патрик. - И, значит, так...

И да, в Ясенсвет я вернулся потом нескоро. Мы всё таки написали небольшой сборник рассказов, а потом было его представление... только вот было оно долгим. Да и другая то уже история, а пока хватит и того, что есть.

Я не прощаюсь. И это не конец. 

Антон.

Вступить в МовелласУзнать о чем вся эта суета. Присоединись сейчас и начни делиться своей креативностью и страстью.
Loading ...